|
Фраза из заголовка – пример популярного поискового запроса, по которому пользователи интернета заходят на EchoNews последние пару суток. Здесь вы не найдете ответа на этот сакраментальный вопрос, потому что если сами сотрудники Эха находятся в полном недоумении и теряются в догадках о причинах и вероятных последствиях происходящего, то вряд ли мы как наблюдатели всего процесса сможем объяснить, что действительно происходит.
Де факто никакой катастрофы пока не случилось – в редакционную политику никто не вмешивался, Венедиктова или его замов с их редакционных должностей не снимали. Однако поспешные (по сути, досрочные) перестановки в Совете Директоров прибыльного акционерного общества жутко напугали общественность. Раздуву истории особливо способствовали СМИ, вынесшие, на первый взгляд, малозначительную внутрикорпоративную новость Газпром-медиа в хедлайны, броские заголовки и на первые полосы. А слушатели Эха – те, наконец, получили повод дать разыграться своему воображению и буйной фантазии. В понимании многих из них, жизнь Эхо Москвы висит на волоске все 20 лет его существования - люди искренне не понимают, как такое СМИ вообще существует в путинской России? Поэтому сообщения о том, что Венедиктов и Варфоломеев покидают Совет Директоров Эхо Москвы, большинство без разбору восприняли, как сигнал к панике и истерике. СМС-приемник Эха во вторник был завален вопросами о том, куда сдавать деньги и где будут собирать подписи в поддержку Эха. Это все, конечно, прекрасно и трогательно, но вот есть ли на самом деле поводы для волнения?
С таким вопросом я обращался к нескольким журналистам Эха сегодня. Сотрудники радиостанции обеспокоены и встревожены, но предлагают не торопиться с выводами. «Понятно, что идет давление, но непонятно, насколько оно серьезное, а насколько - сигнально-показушное» - сказал мне один из эховцев со стажем. Другой корифей эфира предложил дождаться марта. «Что-то мне подсказывает, что в данном случае здесь больше пены, чем пива. Венедиктов просто так Ва-банк не ходит» - ответил он.
Определенно, сейчас вопрос стоит о том, доживет ли Эхо до 4 марта? Или останется ли Венедиктов в должности главного редактора до этой даты? Впрочем, все говорят и понимают, что обе формы постановки этого вопроса эквивалентны – без Венедиктова никакого Эха не будет.
Повторюсь, что реально пока ничего не произошло. Пока мы видим некие подготовительные действия, о цели которых можно только гадать. Будут менять власть на Эхе, будут ли его перепродавать или хотят просто затянуть гайки – не известно. К сожалению, из того объема информации, которым мы располагаем, невозможно понять, зачем все это. Беспокоит именно этот факт, а не страхи по поводу немедленного разгона Эха по типу НТВ-2001. Кстати, очевидцы тех событий (Эхо тогда не тронули, оно лишь перешло под контроль Газпрома) утверждают, что сейчас все по-другому - больше тумана нагоняется: «В 2001-м всё было конкретно. И в лоб. А здесь как-то из подворотни... Подленько».
Собственно то, по поводу чего всерьез нужно начать беспокоиться, пока еще не случилось. Для того чтобы сменить досрочно главного редактора (полномочия Венедиктова истекают лишь через два года), необходимо менять Устав. Для изменения Устава радиостанции необходимо 75% голосов – количество, которым не обладает ни один из акционеров (у Газпрома только 66% пакет акций).
То есть угроз для независимости редакционной политики Эха пока нет. Есть колоссальное политическое давление, которое, очевидно, в оставшиеся 3 недели до президентских выборов будет только возрастать. Сегодняшний запрос к Венедиктову из прокуратуры по инициативе жителя Тамбова – это, конечно, полный бред, но явно не случайный. Взлом всех аккаунтов Александра Плющева – тоже элемент давления больше даже психологического. Что будет дальше, даже страшно подумать. >>
|
